Я не коллекционер и не специалист по религиозному искусству. Просто живу, работаю, воспитываю детей. Но бывают моменты, когда в жизни появляется потребность в чём-то более глубоком — не новом телевизоре, не новой мебели, а в вещах, которые поддерживают. Так у нас в доме появилась картина Ольги Золотаревой «Вечная странница Ксенюшка», увиденная мной на выставке Legat Art.
Это было не спонтанное решение. Я шёл с конкретным запросом: найти что-то, что станет для нас дома точкой тишины. Мы живём в большом городе, ритм высокий, событий много, и очень не хватало уголка, где можно остановиться. Картина Ксении Петербургской стала этим местом.
Когда стоишь перед этой работой, нет ощущения иконы в церковном смысле. Но есть нечто большее: ощущение присутствия. Ксения здесь — не каноническая, не отстранённая, а очень живая. С тёплым лицом, с человеческим выражением. Словно она рядом.
Форма — барельеф, выполненный акрилом с фактурной пастой. Это не плоская картинка, а объёмная вещь. Ты буквально видишь, как краска и текстура создают лицо, одежду, фон. Мне кажется, за счёт этой техники возникает иллюзия присутствия. И это ощущается не как декоративный элемент, а как поддержка.
Мы повесили её в тихом месте, где раньше стояла этажерка. Теперь это уголок, куда иногда хочется подойти просто так — не потому что надо, а потому что хочется побыть в тишине. Рядом стоит кресло, свеча, икона и пара книг. Получился не алтарь, а скорее «домашнее место силы».
Никто в семье не обсуждал, как реагировать. Но каждый по-своему включился. Жена сказала, что теперь легче сосредотачиваться. Дочь, школьница, иногда садится туда читать. Сын однажды подошёл и спросил: «А она правда жила в Петербурге?» — и мы долго говорили о том, что значит жить с верой и помогать людям.
С тех пор всё в доме стало тише. Не в буквальном смысле, конечно. Но атмосфера ровнее. Даже в самые суетные дни есть ощущение, что что-то держит.
Картина не требует внимания. Она просто есть. В этом её сила. Когда я возвращаюсь домой уставший, взгляд автоматически падает на неё. И происходит то самое — выравнивание. Без слов, без усилий.
Мы не покупали «религиозную картину». Мы искали образ, который будет настоящим. У картины Золотаревой нет ни налёта стилизации, ни эффекта «под старину». Она очень современная и при этом — с глубиной. Это редкое сочетание.
В работе чувствуется уважение к теме, но ещё больше — душевная честность. Тут нет пафоса, нет навязчивости. Она говорит тише, чем слова, — и, кажется, слышится сильнее.
Если вам нужно нечто, что поддерживает — не снаружи, а изнутри — обратите внимание на «Вечную странницу Ксенюшку». Она не для всех стен. Но если вы чувствуете, что в доме должно быть место для тишины, — это может быть именно то.
